Георгиевский храм слободы Юрасовки 2.
22.05.2024, 13:15

   В 1821г. помещица М. Бедряга подала в консисторию жалобу на Василия Реполовского. Она обвиняла его в том, что он, якобы без ее ведома, обвенчал четверых ее дворовых девиц на крестьянах Костомарова. В свою защиту отец Василий предоставил свидетельства о взаимном решении помещиков о разрешении венчать их крепостных. “Издревне межу мною и умершим помещиком Н. Бедрягою полюбовное было согласие позволять нашим малороссийским крестьянам безо всякого расчета взаимообразно в законный брак вступать; да и по умертвии его Бедряги и от наследников его Бедрягиных порядок тот нарушен не только не был, но и в подтверждение того лично мы от наследников Бедряги прошены были, чтобы брачущихся его крестьян с моими безо всякого сомнения венчать”.(21)

   Но даже несмотря на то, что священнику удалось оправдаться в несправедливых на него наветах, он все же был наказан: ему предстояло прожить два месяца в Коротоякском Вознесенском монастыре. Самодурству помещиков можно только удивляться. Они практически все время были недовольны своим причтом, справедливо или не справедливо жаловались в духовную консисторию, порой огульно обвиняя священно и церковнослужителей Юрасовского храма в пьянстве, сквернословии и пр. И, как видим, епархиальное начальство, видимо потеряв терпение от бесчисленного потока жалоб или по нежеланию портить отношения с помещиками, подчас принимало сторону последних.

   В 1823г. Василий Реполовский уступил место своему сыну Павлу – канцеляристу острогожского духовного правления, который в этом же году был рукоположен в священника. Сам же из-за преклонного возраста поселился у своей дочери – государственной крестьянки Резниковой в Караяшнике. Иногда ему приходилось выполнять церковные службы для причта Тростянской церкви.

   Своим неподатливым характером и отказом подчиняться помещикам, отец Павел навлек на себя беду. Их вражда дошла до того, что помещики строчили на него доносы не только в духовную консисторию, но и уже лично на имя преосвященного Антония. И требовали ничего иного, как удалить из прихода священника. Из Воронежа был направлен кафедральный протоиерей Михаил Подзорский для производства следствия, в ходе которого выяснилась несостоятельность обвинений на Реполовского. Но помещики не унимались. Жалобы вновь полетели в губернский центр. (Бумага все стерпит). А для подкрепления своих слов, землевладельцы заставляли своих крепостных подписываться под прошением об удалении из Юрасовки отца Павла. В этот раз консистория приняла следующее решение: в течение трех месяцев должно произойти примирение обеих сторон, в противном случае, Реполовский должен подыскивать себе другое место. Примирения не последовало. Вскоре Павел Реполовский нашел себе место в сл. Новокаменке Острогожского уезда.

   Василий Реполовский пытался заступиться за сына, обращаясь к преосвященному: “будучи не молодых лет, и опасаясь, дабы с прехождением оных не подвергнуться слабому здоровью, не остаться с женою моею по сорока семи летнем беспорочном труде при церкви Божией без всякого присмотра и не кончить жизнь в горестном положении, в отвращение чего и для успокоения себя с женою при старости в 1823г. уступил оное место сыну моему канцеляристу Павлу Реполовскому, который обязался давать нам должное пропитание, ныне же по неудовольствию на него двух помещиков, капитана Ив. Костомарова и поручика Н. Чехурского, по прошению их чинимо было разведание, чрез которое был он оправдан, а потому по резолюции Вашего преосвященства велено ему Павлу примириться с ними чрез три месяца, а как оные помещики, мстя ему неизвестно мне за что, не только примириться с ним не согласны, но как узнано, дабы скорее удалить его из их прихода, взяли чрез одного из крестьян у всех подданных своих со двора на двор согласие о желании иметь у себя на его месте священником той же церкви диакона Павлина Устиновского”.(22) Василий Реполовский просил поставить его священником в Юрасовку, но не получил одобрения прихожан.

   Отец Василий по выходе за штат жил у дочери Александры Резниковой в Караяшнике. Его сын Андрей вышел из духовного звания и приписался к государственным крестьянам. Василий Реполовский вел жизнь простую и неприхотливую. Весь его гардероб состоял из двух подрясников и одной рясы. Иногда исправлял некоторые церковные требы (исповедь, крещение, молебны). Он слыл порядочным пчеловодом и опытным садовником. Любимым занятием его летом было сидеть на пасеке и ухаживать за пчелами. (Священники частенько занимались пчеловодством. Вот как описывал свое любимое занятие один из священников. “В нашей Воронежской губернии значительные плантации земли засеваются крестьянами подсолнухом и гречихою, выдающимися медоносами и, судите сами, какое громадное количество нектара, разлитого щедрою рукою Создателя, пропадает в цветах бесследно, благодаря нашей лени или неуменью.

   Я уже не говорю об этической стороне пчеловодства: поэзия пчеловодства, кажется, хорошо всем известна, а кто совершенно не знаком с музыкой отходящих роев, удовольствием от наблюдения за поразительным трудолюбием пчел, тот пусть хотя по книжному познакомится со всем этим…

   Итак, господа, в добрый час! Лишние средства, столь необходимые для обеспечения нас и наших присных у нас под руками, стоит только употребить некоторое усилие воли и пчеловодство, как выгодное и при том разумное занятие… к вашим услугам…”)(23)

   Видимо и отец Василий был очарован этой “поэзией пчеловодства”.

   Умер Василий Реполовский в 1845г. (или в 1847г.). Похоронен рядом с Караяшниковской церковью по правую сторону от алтаря. На его могиле сделан кирпичный памятник в форме пирамиды крытый железом. На лицевой стороне на металлической плите изображен преподобный Василий постник – ангел отца Василия.(24) Павел Реполовский умер немного ранее отца.

    В 30-х гг. 19в. в священники Юрасовской церкви определен Василий Васильевич  Устиновский. Василий Устиновский, по зачислении своего места за старшей дочерью, некоторое время был священником в Марьевской церкви. Впоследствии на его дочери женился Иоанн Дмитриевич Глаголев. С 1861г. по 1864г. Устиновский был священником в сл. Шелякиной Бирюченского уезда. А его сын Константин в 1837г. закончил Воронежскую духовную семинарию. Состоял священником в Ольховатке.

   Примерно в это время начинается распря между юрасовцами и караяшничанами. Дело состояло  в следующем. Караяшничане долгое время не имели собственного храма. А поэтому были приписаны к Тростянской церкви. В определенные периоды причт Тростянской церкви приезжал в Караяшник для совершения различных треб: отпевание, венчание, вечерни и всенощные. В первое время проходили службы в доме одного из прихожан, а затем был устроен и молитвенный дом. Вероятно, имея сильное желание в собственном храме, караяшничане всю свою заботу перенесли на этот молитвенный дом: приобрели колокола, украшали дом иконами. Все бы ничего, но единственным отрицательным моментом здесь явились то, что караяшничане не удосужились испросить разрешения воронежского епархиального начальства на открытие молитвенного дома.

   Именно этим обстоятельством воспользовался протоиерей М. Подзорский, приехавший по делу П. Реполовского. Возможно, по просьбе юрасовского причта, он велел забрать из караяшниковского  молитвенного дома книги, иконы и колокола, а сам дом запечатать. Неизвестно, какие причины послужили желанию  лишить караяшничан молитвенного дома.

   За караяшничан заступился профессор Воронежской духовной семинарии Захар Иванович Трояновский. По его просьбе было разрешено проводить богослужение в молитвенном доме Караяшника. А в 1838г. в центре села был построен новый молельный дом и разрешено совершать литургию.

   Веселовский Г.М. так описывал разногласия между юрасовцами и караяшничанами. “Говели и исповедовались караяшничане обыкновенно в ближайшей Юрасовской церкви, где часто служил для них тростянский священник (в Тростянке было два причта). Неизвестно, почему между юрасовцами и караяшничанами возникла ссора, и караяшничан, как пришлецов, притесняли даже в самой церкви. Во время Великого поста, когда им нужно было причащаться св. тайн, нередко один из юрасовских причетников, чтобы заставить караяшничан дать предпочтение юрасовцам, как местным прихожанам, ввертывал в полотенце  медный (старинный) пятак и им бил их по головам. И в храме Божием нередко разыгрывались сцены, достойные только площади. Караяшничане увидели необходимость иметь у себя особый храм”.(25) Как можем видеть, доходило и до такого.

   В 1810г. причт Юрасовской церкви просил отнести их церковь из подчинения Острогожского духовного правления к Бирюченскому. А вызвано это было значительной удаленностью  Юрасовки, как от Острогожска, так и от Ольховатки. А с другой стороны, близ Юрасовки располагались селения Бирюченского уезда – сл. Шелякино, Татарино. Поводом к вопросу об отнесении к Бирюченскому правлению послужила довольно печальная ситуация с местными дорогами, а особенно весной и осенью в распутицу. Раньше указы и распоряжения по духовному ведомству из Острогожска направлялись в Юрасовку, а из нее должны отсылать их в Ольховатку. Из-за боязни быть оштрафованным, юрасовский причт быстренько переписывал бумаги и отправлял в церковь Ольховатки. Таким же путем бумаги шли обратно. И все это могло занимать даже неделю, что и вызывало определенные трудности и неудобства. Хотя практически под боком были церкви Бирюченского уезда.

   Но просьба юрасовцев не была уважена. Формальным поводом для отказа послужило то, что просьба причта была написана не на гербовой бумаге. Но скорее всего в Острогожске просто не желали отдавать приход в другой уезд.

   Вся Воронежская епархия была поделена на благочинные округа. Ими заведовали благочинные священники, назначаемые епархиальным начальством. Они следили за деятельностью приходского духовенства, следили за состоянием церквей, разбирали различные спорные вопросы прихода. Это было связующее звено между сельским приходом и епархиальным начальством. В разное время благочинный округ, куда входила Георгиевская церковь, включал от 13 до 17 приходов.

   В 1825г. благочинным священником для Юрасовского храма был С. Чехов. В 60-х годах 19в. благочинным состоял священник сл. Россоши Крестовоздвиженской церкви Андрей Стефанович Соколов. С 1866г. – священник Преображенской церкви сл. Ольховатки Константин Устиновский. С 1894г. по 1908г. священник Стефановской церкви сл. Лизиновки Григорий Петрович Фивейский. А в 1910 – 1916гг. протоиерей сл. Ольховатки Александр Адамов.

   В 20-х гг. 19в. благочинный священник Чехов доносил архиепископу Антонию 2-му (Смирницкому) (1826-1846) ( в 2003г. прославлен в лике местночтимых святых Воронежской епархии) о состоянии Юрасовской церкви: ”При обозрении мною ведомства моего слободы Юрасовки деревянной Георгиевской церкви оказалось, что по стенам и главам ее бывает течь и стены в некоторых местах довольно повредились, впрочем, железная крыша церкви крепка”.(26) Несмотря на все старания по ремонту церкви, она с каждым годом принимала такое ветхое состояние, что требовала капитальной перестройки. А приступить к строительству новой крестьяне не решались, ссылаясь на свое малолюдство и бедность.

   Прихожане Георгиевской церкви долго обсуждали вопрос о перестройке храма или постройке нового. Вознамерились даже построить каменную и уже закупали кирпичи. Но кирпичи лежали по нескольку лет, затем распродавались. Заготавливался также и лес для строительства храма, но и лес ждала та же участь. И дальше слов  дело не шло. Лишь в 1866г. юрасовский помещик майор Гарденин Николай Яковлевич вознамерился построить храм на свои и прихожан средства. Он и его жена Вера Васильевна были одними из крупных землевладельцев Юрасовки. В их владении в 1880г. было 893 десятины земли. А у их сына – Сергея Николаевича при слободе Юрасовке в урочище Виношном 692 десятины земли и 216 десятин леса.(27)

   К 1869г. уже был готов план для нового храма. Новая церковь проектировалась каменной с тремя престолами. Но Д. Самбикин выражал обеспокоенность и сомневался “едва ли в силах будут строители вполне осуществить постройку весьма обширного для их прихода храма”.(28) И его опасения оправдались: вместо каменного храма в Юрасовке опять был построен деревянный.

   Строительство шло несколько лет. И в 1872г. была построена и освящена трехпрестольная деревянная Георгиевская церковь. На левой стороне устроен предел во имя святых мучениц Веры, Надежды и Любви и матери их Софии. Правый предел во имя св. Николая, архиепископа Мирликийского, чудотворца. (Устроен он помещиком Гардениным в честь своего ангела).(29)

   В 1878г. в Новокараяшнике была построена и освящена церковь, иконостас для которой был взят из Георгиевской церкви. Вероятно, что в юрасовком храме был установлен новый иконостас.

   Строительство Георгиевской церкви происходило при служении преемника отца Василия Устиновского – священнике Иоанне Дмитриевиче Глаголеве (вероятно, служил с 1861г. по начало 80-х гг. 19в.). Иоанн Глаголев был сыном дьячка села Матрено-Гезовой Бирюченского уезда. Окончил духовную семинарию в 1843г.  В услужении с ним были диакон Николай Суриков и псаломщик Никанор Максимович Кириллов.

   В собственности священника Иоанна Глаголева находились: деревянный дом, крытый соломой (оценен страховщиком в 400 рублей), деревянный флигель (80 руб.), два деревянных амбара (55 руб.), ледник (15 руб.) и баня, крытая соломой (25 руб.), конюшня (25 руб.). У диакона Сурикова – деревянный дом, крытый соломой (250 руб.), деревянный амбар (20 руб.), плетневый сарай (20 руб.) и ледник (10 руб.). У псаломщика Кириллова – деревянный дом, крытый соломой (230 руб.), деревянный амбар (40 руб.) и плетневый сарай (30 руб.).(30) Для сравнения: дом крестьянина, живущего с достатком стоил от 40 до 60 рублей.

   Сын священника Глаголева – Митрофан Иванович (1848-1874гг.) в 1869г. закончил Воронежскую духовную семинарию и преподавал в одной из школ Острогожского уезда.(31) По всей видимости, в начале 80-х гг. Иоанн Дмитриевич был выведен за штат. А 1 января 1888г. он скончался. Его внук Глаголев Андриан проживал в Острогожске, в 1894г. закончил Воронежскую духовную семинарию.(32)

   В середине 19 столетия диаконом в Юрасовке служил Никитин. Его родственники Пелагея (вероятно жена), Александр и дочь Мария.(33)

   В 1872г. при Георгиевской церкви было 960 прихожан.

   Преемником Глаголева был священник Попов Григорий Васильевич (примерно 1884-85-1890гг.). В сослужении с ним были: псаломщики Никанор Максимович Кириллов и Болховитинов Дмитрий Петрович.(34) Семейство батюшки состояло из жены Глафиры Ивановны и 8-ми детей. Старший сын Иван закончил Воронежскую духовную семинарию в 1895г. В 1896г. был законоучителем и учителем земской школы в с. Хлебном Воронежского уезда. Затем определен священником в с. Данково и состоял законоучителем церковно-приходской и земской школ.

   Григорий Васильевич умер 2 февраля 1890г., когда Иван был уже в 1-м классе семинарии. В дальнейшем Иван старался помогать матери, братьям и сестрам. Новое горе постигло их семью в 1898г. – умирает мать Глафира Ивановна и все заботы о родственниках ложатся полностью на Ивана Григорьевича. Самого младшего из детей приютил двоюродный дядя – священник Н. Попов. Но в скором времени, 3 марта 1899г., умер от туберкулеза в Воронеже и сам Иван Попов на 25 году. У него остались жена и девятимесячная дочь. Похоронен он по месту служения в с. Данкове. На его похороны пришло около 2 тыс. народу, а отпевали соборне пять священников и два диакона. За два года своего служения Иван Григорьевич оставил о себе память как о честном, прямом, добром и отзывчивом человеке. “Привлекательная наружность Иоанна Григорьевича, его приятный голос (тенор), истовое, благоговейное отправление богослужения, проникнутое глубоким сознанием его высоты и святости; все это как бы гармонически в нем соединялось и потому-то так неотразимо оно влияло на умы и сердца его паствы. О том, как прихожане глубоко уважали и любили своего “батюшку”, можно судить по следующей фразе, которую теперь много раз приходиться слышать: “Не скоро дождаться нам теперь такого хорошего, доброго батюшки. Дай ему, Господи, царство небесное”. Как законоучитель Иоанн Григорьевич был образцовый. Ученики и ученицы его школ всегда выделялись примерным знанием уроков закона Божия и на выпускных экзаменах удостаивались похвальных отзывов”.(35)

   Сыновья Попова Григория – Дмитрий, Николай (1878 г. рождения) и Владимир (1887 г. рождения) закончили Воронежскую духовную семинарию: Дмитрий в 1897г., Николай в 1899г., а Владимир в 1908г. Попов Николай был учителем церковно-приходской школы в Бирюченском уезде, затем жил в Ялте. С 1905г. чиновник Севастопольского отделения государственного банка.(36) Попов Владимир с 1908г. преподавал общеобразовательные предметы в Конь-Колодезской сельскохозяйственной школе.

   Попов Владимир родился 18 июля 1887г. в Юрасовке. 20 июля был крещен своим отцом – священником Григорием Поповым. Крестными его были священник Иоанн Дмитриевич Глаголев и жена священника Мария Ивановна Барбарина.

   В 1908г. Владимир закончил Воронежскую духовную семинарию и получил следующий аттестат за № 833. “Воспитанник Воронежской Духовной Семинарии Попов Владимир, сын умершего священника сл. Юрасовки Григория Попова, родившийся в восемнадцатый день месяца июля тысяча восемьсот восемьдесят седьмого года, по окончании курса в Воронежском духовном училище поступил в месяце августе 1902 года в Воронежскую Духовную Семинарию, в коей обучался по июнь месяц 1908 года и при поведении отличном (5) оказал успехи.

   По Священному Писанию, библейской истории, всеобщей церковной истории, истории русской церкви, обличению раскола, богословиям: основному, догматическому, нравственному, сравнительному, по гомилетике – очень хорошие (4). Литургике – хорошие (3). Практическому руководству для пастырей – очень хорошие. Дидактике – отличные (5). Психологии, начальным основаниям и краткой истории философии, физике, пасхалии, геометрии, алгебре – хорошие (3). Логике, русской словесности, истории русской литературы, всеобщей гражданской истории, русской гражданской истории, языкам: греческому, латинскому – хорошие (4). Иконописанию – отличные (5).

   По окончании полного курса учения в семинарии Попов Владимир причислен Педагогическим Собранием Семинарского Правления от 9 июня 1908 года с утверждения Епархиального архиерея к первому разряду воспитанников оной и удостоен звания студента семинарии со всеми преимуществами, присвоенными сему званию.

   По отправлении воинской повинности он пользуется льготами, предоставленными воспитанникам учебных заведений 1-го разряда.

   В удостоверение чего и дан ему Попову Владимиру аттестат от Правления Воронежской Семинарии за надлежащею подписью и приложением печати Правления. В случае выхода из духовного звания и ведомства он, Попов Владимир, обязан уплатить причитающуюся с него сумму за содержание в семинарии в течение шести лет в количестве шестисот тридцати руб. (630 р.).

   Город Воронеж. 1908 года июня 11 дня. Ректор Воронежской духовной Семинарии протоиерей Николай Околович. Инспектор семинарии И. Филоновский. Член Педагогического собрания преподав. Ф. Ильинский. Секретарь Правления Н. Палецкий”.(37)

   В сентябре 1908г. он подает прошение на должность учителя общеобразовательных предметов в Конь-Колодезской низшей сельско-хозяйственной школе. А пока он ждал решения по этому вопросу, проживал  у своего дяди священника в Рождественской Хаве. В октябре 1908г. был временно допущен к преподаванию, видимо, на испытательный срок. А 23 февраля 1909г. постановлением управляющего государственными имуществами Воронежской губернии уже утвержден на должность преподавателя в эту школу.

   29 июня 1911г. Владимир Григорьевич обвенчался с Ниной Ивановной Козыревой в Покровской церкви г. Павловска Воронежской губернии. Нина Ивановна принадлежала к дворянскому роду. Родилась она 18 июня 1890г. в селе Полбине Брянского уезда Орловской губернии в семье лесничего, коллежского советника Ивана Васильевича Козырева и Варвары Ивановны. В 1912г. у Поповых родилась дочь Галина.

   В 1913г. Владимир Попов был награжден медалью в память 300-летия царствования дома Романовых.

   В 1914г. Владимир Григорьевич пытается поступить в Воронежский сельско-хозяйственный институт имени императора Петра I. Но получить высшее образование ему не удалось. Началась война. Попов был призван в действующую армию. По  фрагментарным сведениям из Государственного архива Воронежской области и Российского государственного военно-исторического архива можно в некоторой степени проследить дальнейшую судьбу Владимира Григорьевича. Итак, в 1914г. организация помощи раненым и больным воинам Московского городского Общественного управления уведомляла о приеме в госпиталь при приюте А.С. Шмакова рядового 50-го Сибирского стрелкового полка 3-й роты Попова Владимира Григорьевича. Поступил он туда 14 декабря из другого госпиталя. Ему поставили диагноз анемия и миокардит.(38)

   В апреле 1915г. он просит Воронежское управление государственных имуществ выслать ему копию с формулярного списка для предоставления в военное училище или в школу для подготовки офицеров в военное время. И в этом прошении он указывает свой адрес: Москва, Кожевники, 3-я московская команда выздоравливающих, 6 рота.(39) (Слабосильные команды в количестве от 50 до 200 человек учреждались при некоторых полевых, постоянных или временных крепостных госпиталях, а также как самостоятельные учреждения. По Положению о слабосильных командах 1914г. в них назначались легко раненные офицеры и нижние чины, нуждавшиеся в амбулаторном лечении. Команды находились в ведении главного врача госпиталя. Начальник команды пользовался правами командира отдельной части. В ноябре 1914г. слабосильные команды были переименованы в команды выздоравливающих.)

   По всей вероятности, Попов получил младший офицерский чин и занимал командную строевую должность с октября 1915г. В 1916г. он уже числился прапорщиком 162-го Ахалцыхского полка. 2 июня 1916г. прапорщик Попов выбыл из Офицерского лазарета Воронежского дворянства и был направлен в распоряжение воронежского уездного воинского начальника.(40) А 12 сентября 1916г. в восточной части Галиции (неподалеку от г. Бжежаны) у деревни Мечишчув прапорщик Попов был контужен, но остался в строю.(41)

   В октябре 1916г. собственная императорского величества канцелярия сообщала в управление земледелия и государственных имуществ Воронежской губернии, что Попов утвержден в чине титулярного советника.(42) И все это время он продолжал числиться учителем Конь-Колодезского сельско-хозяйственного училища.

   А последнее упоминание о нем этого периода датируется ноябрем 1917г. Это было удостоверение, выданное уже подпоручику 162-го Ахалцыхского полка Попову в том, что он женат на Нине Козыревой.

   В 1918г. он вернулся в Конь-Колодезское сельскохозяйственное училище, где преподавал русский язык, литературу, страноведение и рисование. Продолжал исполнять обязанности библиотекаря училища, должность которого занимал еще с 1908г. С декабря 1925г. заведующий учебной частью, с января 1926г. секретарь школьного совета. В это время у Владимира Григорьевича было трое детей.(43) Примечательно, что в 1924г. в анкете, в графе социальное положение, он указал, что он выходец из разночинцев, а не духовенства. Но такие были времена. Не трудно понять, какие были бы у него проблемы, если бы стало известно, что он из семьи священника, да к тому же и бывший офицер.

   Григорий Попов в 1890г. за службу по духовному ведомству святейшим Синодом был награжден скуфьею.(44)

   В 1888г. учитель юрасовского народного училища Иван Прозоровский был определен священником Покровской церкви бывшего города Палатова Бирюченского уезда. Он являлся выпускником Воронежской духовной семинарии 1885 года.(45)

 

<<< Назад    Далее >>>

Категория: История храма в Юрасовке | Добавил: Sultan107
Просмотров: 30 | Загрузок: 0 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]